Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

(no subject)

Мольтке Фридрих был рабочим,
Он работал за станком.
До безделья неохочий,
Сам себе построил дом.
В этом доме с милой Анной
Наплодил он ребятни,
И с детьми, от счастья пьяный,
Проводил за днями дни.
Но, сменив костюм свой штатский,
Фридрих в форменном сукне
Выполняет долг солдатский
На далёкой стороне.
Мерзостей войны чураясь,
Хутора он не сжигал,
От восторга задыхаясь,
В мирных русских не стрелял.
Да, бывало, под обстрелом,
По-солдатски и в бою
Брал иванов на прицел он,
Шею не щадя свою.
Вот и долгожданный отдых,
Пополненье, сытость тыла.
Глядя на детей бездомных,
Сердце фридрихово ныло.
Дома деток Анна нянчит
Ну таких же ведь, точь в точь.
А вот эта хлеба клянчит.
И ведь тоже чья-то дочь!
***
Отдыхая где придётся,
Побираясь по дворам,
Катя мышкою крадётся
Ночью к фронту по тылам.
Помнит, фрицы налетели,
Разбомбили эшелон,
Крики, лошади хрипели.
И предсмертный мамин стон.
Где-то там отец бьёт гада.
Катя знает: папа ждёт.
Кате к папе очень надо,
По местам боёв идёт.
Вдруг подходит немец к Кате,
Смотрит девочке в глаза.
Чем-то он похож на батю,
По щеке бежит слеза.
Даром времени не тратя,
Хлеб ей в руки он суёт,
С жалостью глядит на Катю
И бормочет: "Битте. Брот..."
Катин взгляд острее жала.
Тянется рукой в карман,
Достаёт оттуда ржавый,
Но заряженный наган.
Бах! Во лбу дыра у фрица.
Подхватив мешок с едой,
Катя споро, словно птица
Упорхнула в лес густой.
***
Так тебе, фашист-паскуда!
Здесь - не там, а там - не тут.
Будут бить вас, сук, покуда
До конца не изведут.
Мы вас в гости к нам не звали,
И раздавим словно вошь.
До последнего завалим,
Расплескав мозги на рожь.
Откупился? Вынес ужин?
Маму заменил едой?
Нахер Кате ты не нужен.
Ни хороший, ни плохой.
***
https://sandra-nika.livejournal.com/

Лунтик Айфонович Модернизаторский.



Про отставку Лужкова

Свершилось! Кепку натянув,
Лужков поплёлся вон.
И вот уже спешат лягнуть
Его со всех сторон.

Старик Батурин, все орут,
Проворовался весь.
И в Подмосковье пчёлы мрут,
И сбита с мэра спесь.

Раздался из яслей Кремля
Медвежий грозный рык.
И вскоре орден, как сопля,
На грудь герою - шмыг!

Московским геям стало вдруг
Намного легче жить,
Они начнут, собравшись в круг,
На площадях кружить.

В Москве всё больше чёрных глаз
И золотых зубов.
И для ·южанЋ - что фантомас,
Что Ресин, что Лужков.

И если хреном был Лужков,
То Ресин - как редис
Двоих обкомовских дружков
Нам дал гарант Борис.

Ещё не самый мерзкий мэр,
Ведь где-то есть Белых.
Есть Матвиенко, например,
Кадыров среди них...

Ну что ж, Лужков пинка под зад
Сегодня отхватил.
А под шумок какой-то гад
Москву переделил.

Дадут Лужкову пенсион,
И, сидя в гамаке,
Напишет пару книжек он,
От власти вдалеке...

Задержат пенсию? Ну что ж!
Работает жена.
С такой женой не пропадёшь:
Она ведь так умна!

Так значит всё у всех окей,
Ол-райт и вери гуд.
Всё меньше на Руси людей,
Кругом деревни мрут.

На попе, гукая, сидит
Кремлёвский имбецил.
Он про доверия кредит
Нам что-то пробубнил.

Ты где, Иосиф, твою хвать,
Где воронёный ствол?
С утра так хочется сажать...
Желательно - на кол.

zhurnal.lib.ru/editors/b/baranow_p_a/l.shtml 

Вечная память.

Вот этих ребят жалко.


Капитан Аркадиуш Протасюк, второй пилот Роберт Гжывна, штурман Артур Зентек (поручик), техник Анджей Михолак (подпоручик)


Барбара Мацейчык, Наталия Янушко и Юстина Монюшко

 
Экипаж польского Ту.